Блог

Когда поезд подошел к станции, Анна вышла в толпе других пассажиров …..
«Нет, я не дам тебе мучать себя», — подумала она, обращаясь с угрозой не к нему, не к самой себе, а к тому, кто заставлял ее мучаться, и пошла по платформе мимо станции….

Подходил товарный поезд. Платформа затряслась, и ей показалось, что она едет опять.
И вдруг, вспомнив о раздавленном человеке в день ее первой встречи с Вронским, она поняла, что́ ей надо делать.

Быстрым, легким шагом спустившись по ступенькам, которые шли от водокачки к рельсам, она остановилась ….

Поезд показался вдали и приближался с ужасающей скоростью. Рельсы лежали перед ней, прямые, блестящие, уверенные в том, что непоправимое случится.

Анна, не в силах взять себя в руки, переводила взгляд — на поезд — на рельсы, поезд — рельсы, поезд….

Внезапно она заметила рядом двух молодых людей. Они держались за руки наверное были давно вместе, но на их лицах не было выражения радости. Выражение их лиц говорило, наверное, об отчаянии.

Что? Что они хотят сделать? Внезапно догадка пронзила Анну!
Она подбежала к молодым людям и схватила девушку за руку — «Стойте! Не нужно этого делать! Что с вами? Всё наладится? Вы же совсем молодые!

Ничего вы не понимаете, — вскрикнула девушка с болью в голосе. Её молодой человек стоял рядом с отрешённым видом.

Ничего вы не понимаете — ИПОТЕКА!

Всего лишь Ипотека?

Всего лишь? Вы не понимаете, что говорите? Мы работаем вдвоём, платим за арендованную квартиру огромные деньги и ещё больше отдаём за ипотеку. Мы работаем, чтобы отдавать всё заработанное!

Да, кредит! Грустно сказала Анна. На 10 лет? На пятнадцать?
Парень смотрел отсутствующим взглядом, а девушка тихо простонала — на двадцать пять.

А дети у вас есть?

Девушка, казалось, была потрясена вопросом. Она то ли была готова разрыдаться, то ли наброситься на Анну с кулаками.

Дети? Вы не слышите нас? Даже когда мы получим квартиру и не нужно будет платить аренду мы не сможем содержать ребёнка. Да и квартира. Однушка сорок метров! Разве в такой можно уместиться с ребёнком?

Нет, сорок метров это мало. Но подождите. Инфляция сделает выплаты не такими существенными, лет через десять. Быть может ставка Центробанка снизится, кредиты станут дешевле и вам удастся рефинансироваться!

Зачем вы нас остановили, сказал парень. Что дальше?

Поезд ушёл. Они повернулись и медленно уходили. Отчаянье было написано на их лицах, но казалось, что они были рады, где-то глубоко внутри своей души тому, что они не сделали того, что могло произойти.

Каренина с удивлением почувствовала, что отчаянье покинуло её. Я что, сошла с ума? У меня есть дома, и в Питере и в Москве, поместье. Что ещё нужно! Живи и наслаждайся!
Ну и что, что так случилось! Вернусь к мужу и попрошу прощения. Он простит, что ему ещё остаётся. Буду встречаться с Вронским, или лучше с кем-нибудь ещё. Всё будет хорошо. Всё Будет Хорошо! Она шла, и улыбнулась своим мыслям.

(Приснится же такое!)

Не знающий жалости будильник сработал вовремя. Она быстро взяла телефон, отключила будильник, осторожно, чтобы не разбудить его, выскользнула из под одеяла и вышла тихо из спальни.

Последовательность действий отработана: душ, одеться, на остановку и в академию. Завтрак — позже. Не теряя ни минуты, чтобы подарить сэкономленные минуты сну.

Выйдя из душа, ещё совсем без одежды, она позволила себе задержаться у зеркала. Большое зеркало показывало её всю, от головы до ног.

Высокая, стройная, молодая девушка. Всё, что должно быть, было на месте. Ничего лишнего. Ну почти. Если немного втянуть животик и повернуться немного боком, то почти идеальная фигура. Она улыбнулась себе.

Дверь спальни тихо открылась. Она посмотрела на него, он на неё.

Всё не можешь на себя наглядеться? Вертишься перед зеркалом, как шлюха? Бежишь к своим студентикам? Давай, давай, они оценят все твои прелести. От обиды и унижения она не заметила, как слёзы подступили к глазам.

Он подскочил, обнял:
— Прости! Прости! Я места себе не нахожу, когда думаю, что ты не со мной, с другими. В голову лезут разные мысли и предчувствия. Я так боюсь тебя потерять.

Совершенно обнажённая женщина смотрела прямо в глаза. В её взгляде не было ни капли смущения, наоборот, смесь любопытства с лёгкой усмешкой. Она понимала, какой эффект производила.

Художник изобразил её с невероятным, божественным мастерством. И её, и тёплый день, наверное где-то в Италии, кушетка, виноградная лоза, служанка.

Нам, избалованным чудом фотографии, телевидения, интернет не понять, насколько уникален талант художника. Какой эффект он производил тогда, когда картина была написана. Не согласны? Попробуйте изобразить что-нибудь сами.

Молодой человек, наверное студент, стоял напротив и смотрел на картину. Она остановилась, проходя мимо по залу музея.

— Нравится — спросила она, с такой же усмешкой, как и женщина на картине.
— Да, немного задумчиво ответил студент. Посмотрел на неё. А вы искусствовед?
— Еще нет, я только учусь, на последнем курсе.
— Быть может вы подскажете? Вот мне интересно, а спросить нет у кого. — Я понимаю, какой эффект она производит на мужчин. Нет, нет, не то, что вы подумали. Но какие эмоции возникают у женщин, когда они смотрят на изображения обнажённой женской натуры? Ведь женщины воспринимают это как-то по-другому?

Она тоже посмотрел на картину.

— Ну да, наверное, наверняка. Вот смотрите. Вы сами сказали, что эта картина производит эффект на мужчин. Наверное женская красота даёт женщинам какую-то власть над мужчинами. И мы, смотря на картину, чувствуем причастность к этому, к красоте, к влиянию на мужчин. Мы тоже такие же, как она, в какой-то мере.

— Спасибо. Я примерно так и предполагал. Ещё один вопрос. Ведь эту красоту, эту власть, которую даёт красота, можно употребить по-разному. Вы же знаете, как использовала красоту Саломея, и как она использовала власть, данную ей красотой. Сколько раз её изображали художники.

— Ведь у этой силы и власти, данной женщинам, может быть и другая сторона, должна быть, как оборотная сторона есть у медали. Я что-то не припомню произведений на эту тему.

Ей почему-то расхотелось продолжать разговор и она ушла, попрощавшись.

Вечером ей почему-то не хотелось идти домой, и она тихо шла по тротуару, мимо остановок, в своих недорогих сапожках по мерзкой питерской слякоти. Обратная сторона красоты, зачем ему об этом знать, молод ещё.

Служанка, изображённая на картине, хотя и стояла спиной, но всё слышала.
Всё это иллюзия. Никакую власть красота не даёт. Пока у них есть надежда получить от неё что-то, они делают вид, что подчиняются ей. Как только они понимают, что ничего не получат, что их водят за нос, то и власть исчезают. Они теряют интерес и уважение к ней. А то и того хуже. Вспомните, что сотворили с бедняжками, дочерями царя дочерей Левкиппа. Рубенс сумел изобразить ужас на их лицах.

Королевское войско возвращалось домой. Оно растянулось по дороге длинной, прерывистой лентой. В конце тащились, как могли, раненные, выбившиеся из сил и те, кому просто некуда было спешить.

Перед ними неспешно двигались подводы с разным имуществом, с оружием, с теми, кто не много идти сам.
Пешие воины (ещё недавно бывшие воинами) обогнали повозки, которые тащили по большей части отнятые у крестьян слабые лошадёнки.
Далеко вперёд ушли конные воины всех мастей.
Кареты с самыми уважаемыми командирами ушли далеко вперёд.

Командующий королевским войском и священник ехали в одной карете и вели светскую беседу.

— Мы победили, во славу Короля!
— И во славу господа нашего.
— Да, слава Богу! Теперь они будут знать, что нас нужно уважать! Славен наш король!
— И с ним Бог!

По той же дороге, но в обратную сторону, двигалось войско противника.
Порядок следования был похожим: кто мог идти — шёл, кому было на чём ехать — ехал, а кто не много идти сам, того везли.

Во главе колонны, как это и должно быть, также ехали лучшие люди и разговоры были похожими. Говорили о прошедших сражениях и о будущей мирной жизни.

— Слава королю, мы победили.
— С помощью господа нашего.
— Мудрость нашего короля безгранична.
— Потому-что с ним Бог!

Где-то рядом, нам не дано знать где, находились Двое и тоже вели беседу. Одни был посланником Свыше, другой имеет много имён, можно называть его Князь тьмы.

— Ну что, а ты как думаешь, кто победил?
— Твои тёмные мысли понятны. То думаешь, что победил ты.
— А я то здесь при чём? Это творения твоего хозяина! Он их такими создал! И это он проиграл. ОН ещё не понял, что это был неудачный проект? Не пока ли его остановить?
— Ты просто видишь то, что хочешь видеть, только плохое, для оправдания себя. Они становятся лучше. Находят алгоритмы решения проблем. Учатся договариваться. Придумывают правила и законы для этого.
— Законы? Какие ещё нужны законы, если их Создатель дал им самые нужные законы! Почему они их не соблюдают? Им сказано — «Не убивай» — они убивают от имени Создателя. Им сказано — «Не укради» — они тащат к себе столько, что не смогут потратить это за всю свою жизнь! То, что даровано им Свыше во благо, они называют Первородным грехом!
— Ты сам знаешь, что ты неправ. Они становятся лучше, развиваются, пусть медленно, но и ты сбиваешь их с дороги.
— Да, развиваются. Раньше они убивали друг друга десятками. Сейчас — сотнями. Как ты думаешь, научатся они убивать друг друга тысячами?
— Уверен, надеюсь, они найдут верный путь. Ведь это лучшее творение создателя.
— Да, они найдут путь. Они сами закончат этот эксперимент. Разве ты не согласен, что то, что называют «венцом творения» позорит своего создателя?
— Давай закончим этот разговор. Прощай.
— Наверное, всё же, до свидания.

На поле, которое днём было полем боя, опускались сумерки. По полю ходили какие-то люди, захоранивая оставшиеся местами трупы.
— Смотри, что я нашла.
Она протянула небольшой, грязный кошелёк.
Он взял и высыпал на ладонь несколько медных монет.
— Молодец. Продолжай.
— Отец! А зачем, почему они убивали друг друга?
— Я не знаю. Иди. Еще многих нужно захоронить. Смотри внимательнее. Скоро стемнеет.
Скоро стемнеет!

Кто бы подумал, что шторы выбирать так сложно. Он стоял на стремянке, прикладывая к карнизу найденные для образца предметы, она смотрела с дивана.
— Попробуй те, серые, ещё раз.
— А давай ещё раз сиреневые.
— быть может поменять карниз на трехрядный и подвесить разные? Можно и блэкаут, и полупрозрачные, и тюль.
— Давай я залезу на стремянку а ты посмотри снизу.
— О! Какая красота! Дай посмотрю!
— Ну что ты делаешь! Убери руки! Дай я слезу!

Она устроилась на диване и достала смартфон. Что там нового в Интернет?

— Смотри, в рекламе предлагают сшить шторы на заказ. Любой цвет и размер. Откуда они узнали, что мы выбирали шторы?
— Наверное ты смотрела шторы на сайтах, вот и подсовывают рекламу.
— В том то и дело, что не смотрела. Мы только разговаривали о шторах! Они нас подслушивают! Я уже давно это подозреваю!

— Уже поздно. Пора спать. Алиса, выключи свет.

Свет плавно погас.

Они вышли из подъезда вместе утром.
— Придёшь сегодня?
— Нет, сегодня точно не получится. В выходные. Хорошо?

На работе девчонки собрались у экрана компьютера. На экране веб-камера показывала набережную в далёком южном городе.
— Вот сюда поедем в отпуск!
Пальмы, солнце, набережная, море, яхты у причала.
У одной из яхт стоял высокий красавчик в белой форме и белой фуражке.
— Красавчик! Капитан! Я смотрела по камере, каждый день здесь стоит. Наверное клиентов зазывает. Нужно будет подойти, познакомиться!
— Ну да, вместе с мужем и приходи!
Девчонки захихикали.
— Интересно, а он знает, что мы на него смотрим?
— Не знаю, но на нас точно может смотреть начальство. Я видела на компе у нашего айтишника на экране картинки с экранов наших компьютеров. Следят. Да и камеру могли поставить.
— Я слышала, что в одной из организация даже микрофоны были спрятаны на рабочих местах! Интересно же, о чём говорят сотрудники!
— Пошли работать, хватит трындеть.

Вход в метро. Быстрее. Карточка. Турникет. На эскалатор. Карточку в сумочку. Можно передохнуть.
Она подняла голову. Два глаза видеокамер уставились в упор. Эскалатор прополз мимо. Она обернулась. Камеры смотрели вверх, что-то или кого-то выглядывая среди пассажиров.
Вперёд. Ещё две камеры. Какое-то смутное беспокойство от этих чёрных, немигающих объективов видеокамер. Как будто кто-то сидел за непрозрачным стеклом и смотрел на неё.

Хорошо, что рядом с домом супермаркет. Никуда бежать не нужно. Всё можно купить по пути с работы. Ну, почти всё.

Да, у меня всё в порядке мама. Никаких проблем. А вы там как? Как здоровье? Ну ладно, пока!
Она помахала экрану рукой — ей помахали в ответ.

Какое замечательное изобретение видеосвязь! А ведь наши родители читали про такое только в фантастических фильмах. А про Интернет даже не читали! Телевизор был вершиной технического прогресса. Никто не мог даже предположить, что такое возможно. А сейчас! Вон как далеко зашёл прогресс. Что-то будет в будущем!

Дзинь! Что там пришло?
Оцените, как вам понравилось посещение Пятёрочки! Ваше мнение очень важно для всех!

Откуда они знают? Хватит уже следить за мной!

— Алиса, выключи свет. Свет плавно погас.
—
Умная колонка слегка засветилась в темноте. Знакомый голос тихо сказал: А ты знаешь, где твой? Я его видела только-что в другой квартире вместе с другой девушкой. Они сейчас не выбирают шторы. Они ….

Она проснулась в беспокойстве. Тишина. Приснится же такое. Этот ИИ уже вмешивается в личную жизнь.
Не спится.
Сообщение — ты где?
— На дежурстве, работаю. Ты что не спишь?
— Не спится, что-то.
— Спи, спокойной ночи. Скоро увидимся.

Утро. Она выключила «Умную колонку» — в шкаф её.
Смартфон — настройки — приложения — разрешения — микрофон — отключить.
Геолокация — отключить тоже. Подальше его, в прихожую.
Ноутбук. Кусочек скотча на глазок видеокамеры и отверстие микрофона.
Так их.

Нашла в тумбочке медицинскую маску (сохранилась с ковидных времён). Надела. Посмотрелась в зеркало. Нет, это слишком, пока.
Бейсболка, козырёк пониже, лицо — к земле.
Так и пойду. Главное, не смотреть на камеры. Будто их нет. Очки?

Это паранойя? Нет? А вас не беспокоит? (Основано на реальных фактах.)

Импрессионизм в текстах (в литературе), какой он? Основоположником импрессионизма в живописи считается Клод Моне. Именно он в 1872-м году написал картину «Впечатление. Восходящее солнце» (Impression, soleil levant). Консервативные критики и публика не оценили картину. Они считали картину плохой, некачественной, непрофессиональной мазнёй. Но позже всё-же было признано, что картины импрессионистов создают у зрителя впечатления, эмоции. (Я не искусствовед, ничего в этом не понимаю, извините. Не ругайте блогера, он пишет как может.)

А как с текстами? Могут ли грубо, второпях написанные тексты вызвать впечатления у кого-нибудь, кроме того, кто их написал?

Вот из личных впечатлений. После того как открылись границы (спасибо перестройке) я редко бывал на родине. Путешествия были приятными, лёгкими и недорогими. Финляндия, Эстония, Греция, Италия, Турция и т.д., список будет длинным.
Но пандемия ковид-19 закрыла границы. И вот я гуляю по тем местам, где провёл своё детство. Эмоции невозможно передать словами. Вот здесь зимой катались на лыжах. Вот сюда ходили на рыбалку. А сосны вроде бы остались такими же высокими и стройными. Шум ветра в ветвях вытаскивает откуда-то из прошлого воспоминания. Пляж на Ладоге, получше многих пляжей мира, только вода холодная.

Но что это? Этого плаката раньше не было!
Текст сообщает, что это теперь природный заказник Ладожское побережье и за посещение его нужно заплатить! Как? Это же моя Родина! Места моего детства! Смутное чувство похожее на сознание какой-то несправедливости крутится внутри. Но как передать эти впечатления (impression) вам? Да и зачем. Жаль, что рядом нет Клода Моне.

Кстати. Оплата по qr-коду, как требует плакат, была невозможна, потому-что мобильный интернет ещё не везде работает на удалении от крупных городов.

08/18/2024